Женщины во власти: как женщины-политики меняли Ливерпуль

К концу XIX века Ливерпуль уже был городом решений, заводов и крупных политических амбиций – но все эти решения принимались исключительно мужчинами. Женщины не имели доступа к властным кабинетам, и даже само их право говорить от имени общества ставилось под сомнение конструкцией системы. Но шаг за шагом они всё же входили в зал городского совета – сначала как исключение, а позже – как голос, требующий уважения. Кто это был, чего удалось достичь и какие проблемы ещё остаются – исследовал сайт liverpoolyes.com.

Если говорить коротко, то история женского лидерства в Ливерпуле в целом изобилует решительностью, хитростью, а порой — отчаянной смелостью. Ведь иногда, чтобы тебя услышали, приходится говорить громче, чем позволяет протокол. И в этой ситуации, как вы увидите далее, главное – не перегореть раньше времени.

От исключения к примеру: первые женщины в городском совете

В начале XX века женщины в политике Ливерпуля были не столько новым явлением, сколько вызовом общественной норме. Они приходили в местную власть в атмосфере недоверия, удивления или открытого сопротивления – и всё же находили способы изменить подход, чтобы внести свой вклад в управление городом.

Первой женщиной, избранной в Ливерпульский городской совет, стала Элеонор Рэтбоун в 1909 году. Она не представляла ни одной партии, а выбрала независимый путь, что позволяло ей не соглашаться ни с консервативными рамками, ни с линией большинства. В статье на нашем сайте уже раскрыты её феминистические взгляды и борьба за права женщин, поэтому здесь подчеркнём другое: её роль в развитии «локального активизма».

Именно в городском совете Рэтбоун впервые попыталась превратить принципы социальной справедливости в конкретные решения – от реформ в системе помощи бедным до прозрачности в расходовании бюджета. Это была школа политического действия снизу, которую позже она перенесла в национальную политику.

Ещё один ранний пример – Маргарет Биван, избранная лорд-мэром в 1927 году. Её прозвали «матерью города», что отлично передаёт, как публичное мнение упорно пыталось втиснуть её роль в рамки опеки и благотворительности. Но сама Биван не ограничивалась символическим присутствием во власти, а продвигала инициативы для детей, сирот, работала с благотворительными фондами, а ещё умело управляла публичными настроениями. В те годы должность лорд-мэра была более церемониальной, но именно она задала модель женского публичного присутствия, которое не выглядело лишним.

В 20–30-х годах XX века появление женщины в городском совете Ливерпуля оставалось исключением. Но даже эти отдельные фигуры заложили основу: женщины города могли стать самостоятельными политическими фигурами. И чем больше появлялось исключений, тем ближе было к формированию нового правила.

«Если не сделаешь чего-то эпатажного…»: женская политическая тактика в середине XX века

Бесси Брэддок считали громкой и даже побаивались. Она могла остановить заседание совета, чтобы лично прочитать чиновникам нотацию об антисанитарных условиях в рабочих кварталах. Её манера была прямой, даже агрессивной, но именно такое поведение открывало двери, которые оставались закрытыми для «сдержанных» женщин. И она прекрасно это понимала.

Если ты не сделаешь чего-то эпатажного – никто и не обратит на тебя внимания

– говорила Брэддок, и это была стратегия выживания в политической среде, созданной не для неё.

Бесси родилась в Ливерпуле в семье активистов и начала политическую деятельность ещё в 1920-х годах. Она стала одной из немногих женщин, которые повлияли на городскую политику не через церемониальные должности, а через работу с реальными проблемами. Её борьба за социальное жильё, реформу больниц, доступность образования сделала её фигурой, которой одновременно восхищались и которую высмеивали. Для одних она была «женщиной с характером», для других – этакой «пацанкой», а это довольно непривычный образ для политика.

Середина XX века в Ливерпуле – это период, когда женский голос в совете становился заметнее, но всё ещё воспринимался как исключение из правила. И именно такие, как Брэддок, создавали новый тип политики: эмоциональной, непредсказуемой, но результативной. Они учились использовать собственную публичность как инструмент давления, а скандал – как способ влияния. И хотя критики считали такую манеру управления истеричной, в мире, где женщинам не давали права говорить, громкость была единственным способом чего-то добиться.

Символическая власть или реальное влияние: женское представительство в современном Ливерпуле

В XXI веке казалось, что Ливерпуль наконец готов доверять женщинам важные должности. Но стоит различать два понятия: публичное представительство и реальное влияние на принятие решений. Женское политическое лидерство в городе наглядно демонстрирует это напряжение.

В 2019 году Анна Ротери стала первой темнокожей женщиной на посту лорд-мэра Ливерпуля. Церемониальная роль – да. Но событие было символичным: женщина из рабочего района, активистка, представительница меньшинств воплощала тот Ливерпуль, который редко имел голос в политике. Её деятельность сосредотачивалась на культуре, образовании, социальной справедливости. Однако её кандидатуру сняли из списка претендентов на следующего мэра города без объяснений. Это показало: женщины могут быть лицом общества, но не всегда имеют реальное влияние.

В 2020 году, в разгар пандемии, исполнять обязанности мэра стала Венди Саймон. Она буквально управляла городом из собственной гостиной, одновременно организовывая помощь медикам, решая бюджетные вопросы и поддерживая связь с правительством. Несмотря на колоссальные усилия в условиях кризиса, имя Венди осталось в тени. Однако именно она стабилизировала ситуацию, которая была на грани управленческого коллапса.

В 2021 году Ливерпуль избрал свою первую женщину на должность прямого выборного мэра – Джоан Андерсон. До этого она работала советником по вопросам расового равенства, была представительницей городского совета и имела репутацию политика, мыслящей независимо. Её избрание стало историческим: она была первой женщиной и одновременно первым темнокожим человеком на этой должности в городе.

Но реальность оказалась сложнее: Джоан Андерсон пришлось работать в условиях напряжённых отношений внутри совета, давления после коррупционного скандала предшественника и серьёзных ограничений полномочий. В 2022 году она объявила, что не будет баллотироваться во второй раз. А уже в 2023 году должность прямого выборного мэра в Ливерпуле вообще отменили – город вернулся к коллегиальной модели управления, где лидера совета выбирают сами депутаты.

Эти истории иллюстрируют две вещи. Первая – Ливерпуль всё-таки открылся к женскому лидерству. Вторая – этого недостаточно для обеспечения равных прав и беспристрастности в гендерном вопросе. Потому что пока система остаётся неизменной, даже самые принципиальные и сильные женщины-политики вынуждены балансировать между поддержкой имиджа и реальными решениями, приносящими пользу.

Сегодняшние вызовы: куда движется женское лидерство в Ливерпуле

Итак, с 2023 года главу городского совета Ливерпуля выбирают её же члены. На первый взгляд, изменение сугубо техническое. На самом деле же это перестройка всей архитектуры городской власти.

Прямая выборность создавала возможности для харизматичных, нетипичных кандидатов. Для тех, кто имел поддержку общества, но не обязательно – политического аппарата. Отмена этой модели вернула власть к внутрипартийному механизму, где исторически преобладали мужчины. Женщинам, особенно из меньшинств или без «правильных» связей, стало ещё труднее пробиться к верхушке.

Но в то же время в совете Ливерпуля растёт количество женщин-депутаток. Они активны в комитетах, инициируют изменения в политике жилья, гендерного равенства, борьбы с бедностью. Средний возраст женщин-политиков уменьшается, а стиль их работы становится более коллективным и менее иерархическим. Всё больше женщин руководят профильными департаментами или входят в исполнительные органы совета.

Остаётся открытым вопрос: увидим ли мы в ближайшее время женщину в роли председателя совета? И ещё – будет ли система готова это принять? Но ясно одно – сегодняшнее женское лидерство в Ливерпуле – это уже не исключение и не эпатаж, а повседневная практика.